јвторы ѕроекты —траница дежурного редактора —етевые издани€ Ћитературные блоги јрхив

ќльга ћартынова

—тихи

24.07.2005

20.03.2004

12.05.2003

01.01.2002

„етыре времени ночи.
 нига стихов.


ќльга ћартынова

„≈“џ–≈ ¬–≈ћ≈Ќ» Ќќ„»

стихи 1993-1997 гг.
 
 

—”ћј—Ў≈ƒЎ»…  ”«Ќ≈„» 

Ћетит с кустов какой-то пух,
Ќа соснах дрожит смола.
» птичьих клювов вечный страх,
» лед€на€ игла,
» ватка с эфиром,
„то веет над миром -
¬сЄ у небесного кузнечика в руках.
ќсы тен€ми мелькали в росе,
» густо-слоеные крыль€ ночниц
„ерным снегом роились в овсе,
» медв€ные дождики не начались,
 огда он прилетел,
 ак листок пустотел.
- “ак о чем тво€ песн€?

- ќ жирной земле,
ќ прозрачных плодах в звен€щих садах,
ќ том, как можно в остывшей золе
«арытьс€ - не вспомнит никто обо мне.
Ѕыло: сто тыс€ч таких, как €,
— земли подн€лись во внезапном огне,
 азалось, что не
сжига€ все, но наново кро€.
—реди голой зимы € очнулс€ один -
ј воздух от жара дрожал -
я себ€ ногами отгородил
» щеки руками сжал.
ѕала тьма, блескуча, густа и жестка,
 ак плащ какого-нибудь жука.
¬ этих крЫльцах укрыл бы € без труда
∆алкую зелень стыда,
Ќо € мчалс€ без времени и пути,
» €-то рад, что сумел найти
Ётот край, где покой и роса,
» легкие небеса...

... ќн осталс€ с нами, всегда на былинке одной
ѕокачиваетс€, вгл€дываетс€ в пустоту.
ћы облетаем его стороной
(„то мы? - даже птицам невмоготу
приблизитьс€). Ётот жалкий блеск,
Ётот жаркий треск
большой и шумной его головы -
¬о всех решетках росы и травы.
 


Ќј — ¬ќ«Ќя ≈ ≈¬–ќѕџ

“ак странно жить на сквозн€ке ≈вропы.
ўелей пространства здесь никто не конопатит.
„етырехпалый ветер-клевер катит
“уда-сюда росу ненужных снов.

–ассохс€ стебель - ось розы ветров.

 арта передернула плечами
( ак будто мало было ей печали),
Ћоскутный плащ разъехалс€ по швам -
Ќикто и не заметил наготы
( ак будто бы ≈вропа, умира€,
—катилась в сад потер€нного ра€,
√де, впрочем, вытоптаны все лужайки,
» высушены все цветы,
√де только ветер, да песок сыпучий,
ƒа старые скрипучие лежанки...)

...на сквозн€ке эпического шага
не выдержать...
 

ѕќƒЋ»ЌЌџ≈ ѕќ’ќ∆ƒ≈Ќ»я Ќќ„»

1

¬ыходит дождь из-за угла
—утулым шагом хулигана,
Ќочь, необута и светла,
ƒостала из кармана
луну » встала возле в€за
¬зволнованно и одноглазо.
¬ ее широких рукавах
’лопушки, шелесты и хрусты,
» погремушки с тишиной:
—ейчас она швырнет одной
рукою страх
-  аштаны урон€т каштаны -
“огда она другой рукой
–ассыпет по дворам покой
- ќтправ€тс€ спать хулиганы.
Ѕессмысленно и торопливо
—ворачивает ночь свои труды,
—егодн€ дождь ее дружок,
≈го лицо червиво.
ќна, над ним прищур€сь и склон€сь,
ѕодбитым отраженным глазом,
√л€дит, как он заснул под в€зом.
ћне страшно: вдруг ей скучно стало -
“огда бы утро не настало.

2

Ќебритым сном забылс€ злой чечен.
«аснет и русский, лишь танку задаст овса.
 азак ехидный
ѕечь затопил и в теплую постель
улегс€. Ќочь заводит карусель
¬ расстрел€нном курпарке дл€ себ€ самой.
ќна зимой
—трашней и тише. –авнодушный снег
—пускаетс€ к ее пустынному подолу,
» тихий свист в ночи неразличим.
ќна скучает по ночной метели,
ј врем€ едет без билета на скрипучей карусели.

3

Ђ“оп-топї - по кромке тротуара,
ѕод бутафорской стеной Ђтук-тукї,
Ќа дне последнего пожара
ѕоследним канет этот звук.
“ак будет города обуглено лицо,
„то только каблучков ночных биенье
»з-под нахлынувших кустарников и трав
ѕробьетс€ (как нездешнее растенье,
сухими пальцами булыжник разодрав).
’оть некому (когда и города не будет)
¬стать и пойти за лунной нитью следом,
„тоб оборвать ее потЛм,
Ћишь сп€щей туфельки коснувшись на прощанье взгл€дом,
”йти с своей котом-
кой дальше...
“огда - Ђшлеп-шлепї - по теплой грµзи
ќна на площадь бывшую придет
» бросит сено шкуре минотавра,
» волосы со лба убого отведет,
» станет ждать. ≈го лица
Ќе видно ей из-за венца.
Ћишь мес€ц с узким ножиком в кармане
ѕотщитс€ осветить ее (его?) в последнем (ли?) тумане.

4

Ќе замеча€ биени€ страха,
—тупает по лужам. –убаха
расстегнута,  осы
распущены.
—коро проснутс€ осы,
Ќо она знакома не с ними,
ј с мотыльками ночными,
ƒа и тех не знает в лицо.
Ќочь быстрее проходит, чем наступает,
», оскорбл€€ слух,
ѕоет холостой петух.
¬ земле шевел€тс€ корни,
ћолнии в речке  блещут,
¬ небе смеютс€ русалки,
»х плавники трещат.
 

ѕ≈–≈—јƒ ј Ќј  »ѕ–≈

вечерние тени
уход€т ступен€ми вниз
к обесцвеченной пене,
ступен€ми ломких террас
к немокнущей паутине
киприды бесцветных волос.

здесь зелены ромбы забора,
обветрены губы плюща,
здесь поступь неслышного хора,
здесь черные молнии ласточек блещут, неслышно треща,
здесь ласточкина сноровка
легка, как душа нищеты,
здесь русска€ речь, как воровка,
хохочет из черноты,
здесь белые зонтики душно
накрыли террасу кофейни, забор и мен€,
мне ничего здесь не нужно,
ничему здесь не нужно мен€,
здесь суха€ игла самолета
штопает неба кра€,
здесь где-то в недел€х полета
гул€ют лишь ветер да €,
здесь молочные сумерки ра€
кажутс€ близкой судьбой,
здесь врем€ рычит, умира€
на розово-черный прибой.

(на верхней террасе некстати
мне вздумалось было сказать:
когда-нибудь на закате
здесь врем€ придет умирать.)
 

«¬≈«ƒџ

R... усмехалс€ вам из канавы и ‘... внимал с отдыхающего сенокоса,
«¬≈«ƒџ! и мне были когда-то новы нежал€щие ваши укусы.
одному вы пели хоры и гимны, другому
насвистывали отвращение к дому, а €,

проход€ по чужому лугу, по чужим следам, по чужому полю,
по чужому лесу, отдава€ испугу от вашего шороха то,
что предназначено было вам,
знала только, что вы равнодушны и дики,
как дикие пчелы - равные души - в черных €годах бзники.

«¬≈«ƒџ! проход€ по ухающей, голодной земле,
вид€ себ€ чужой и свободной всегда бродить по чужим садам,
по чужим дорогам, по своим следам,
€ не догадывалась о многом,
о том, например, что скоро настольна€ лампа станет
мне интереснее ваших странноприимных, но равнодушных станов,
о том, что потом € уже никогда не выйду  (в чужое поле,
где в центре воздушных переплетений
непри€тно пахнет пыльцою каких-то растений)
под ваши холодные, никуда не лет€щие стрелы.

не зна€ этого, вашей вести
расслышать € не успела.
 

* * *

“ак страшно ласточки кричат,
 ак бы очнувшись ото сна.
ѕсихе€ сонна€, смотри-смотри:
ѕласты земли и воздуха морочат
—воих жильцов - и травы, и крольчат,
» горних птиц, и корни остролиста.
—мотри-смотри: у ласточки внутри,
Ќаверное, туман иного зрень€.
Ќе слышу € пронзительного свиста,
Ќе чую €, когда кип€т корень€
” ведьмы под землей
» золотые щупальца хиреющего дн€
 асаютс€ ее дремучего вина.
» мир разъ€т.
» ласточки кричат,
—мотри, ѕсихе€:
 

* * *

√лина речи в начале была молоком,
медом, воздухом. ¬ луче пылинки висели.
ћир был невесом.  ак на карусели
можно было объехать бумажные дали:
“ри ключа, —таринную башню, “еснину ƒарь€ла,
’олмы √рузии; Ћасточки шумно сновали
в прорехах вечернего неба. —то€ла
вечна€ осень. ћир был прозрачнобагр€н и знаком,
и уютен, как конфета под €зыком.

”плотн€етс€ мир, усиливаетс€ прит€женье.
ѕыль оседает, скатываетс€ в шарики, выт€гиваетс€ в паутину.
ƒрожат колени от ласточкиного скольжень€.
„тобы сыскать ту башню, надо ее отстроить, разм€ть эту глину,
(наследники бросили дом, чтоб не платить по счетам),
глина затвердевает, отпечаток крыла незнаком;
снег не тает; карусель вращаетс€, но не там,
где растут три пальмы и роза лежит в фонтане.
 онфета тер€ет вкус - нетающим камешком под €зыком.

Ќо мир истончитс€ снова, снова во влажном тумане
мелькнет холодное лезвие ласточкиного крыла;
рассыпетс€ искрами пыльный ком;
Ќа воде в птичьем гаме засвищет бедна€ флейта тво€,
глупый “амино, испугавшийс€ нарисованного дракона;
и ручей побежит, огиба€ ћельницу. «амерзший пруд
покроют ∆елтые листь€. √лина станет как воздух. «абьют
“ри ключа, не€сно о чем говор€,
чему-то втор€;
снова осень будет царить всегда, не зна€ закона
и благодати. » слишком быстро, чтобы это обдумать
растает мир, как конфета под €зыком.
 

Ў ќЋ№Ќќ≈ „“≈Ќ»≈

¬есна. —клон€ет некто ухо
Ќад странным и нер€шливым столом.
“ам разговор, склон€сь над сливой,
¬едет космата€ старуха.
ѕод ватною п€тою сна
ќна была там, где...
» в злом лице красивом страх и мука.
“ак говорит она: Ђј ну-ка
Ђћой сон доразгадай.

- ќн улыбаетс€ довольно сухо -

Ђя вброд ручей перехожу.
Ђя в белом платье.
Ђя суженого нахожу.
Ђќн мне кольцо надел на палец.
Ђќно ползет, оно шипит.
Ђј € уж на крыльце сижу
Ђ» между п€лец
Ђ”зор мигает и дрожит.
Ђ» вдруг с канвы как подн€лс€ -
Ђ“о конь стоит передо мной -
Ђ ак вал морской. Ѕежать нельз€.
Ђќн уж давит мен€ п€той
Ђ» плетью бьет. Ќу € проснулась.
Ђ» чаю выпила. » слив поела...ї

- —таруха замолчала и надулась -

ќн вышел на крыльцо. ѕарадный снег
Ѕыл холоден и сух.
» площади казенные лежали.
–ека текла. Ќевинных обижали.
ќбидчики читали Ќичше вслух
— нер€шливым акцентом новой речи.
ќбиженные тоже. ћесто встречи
Ќа фонаре. ѕотом качнутьс€ вправо.

- “ам он провозгласит:
Ђ“ройкаї. Ђ—емеркаї. Ђƒамаї.
 

* * *

Ћини€ неба, вид одинокой горы или горной гр€ды,
ќтдельно сто€щее дерево,
Ћес, в середине года и дн€ скрытый солнечным дымом.
¬ечер, оттенивший собою дневные труды,
¬ утреннем небе кустарник дыбом,
»ли дождь. —колько надо усталости, чтобы любить эту
Ќа склоне дней, дн€, праздность, не пугающую тщетой,
ѕолет сарыча над вспаханным полем, запах коровы,
„ужого пота, виноградника, какую-нибудь примету.
 ак мало или наоборот как много надо видеть за той чертой,
 отора€ приближаетс€ на склоне дней, дн€,
 огда ангелы из среды огн€
√л€д€т. »х лица праздны, суровы.
 

јЋЋ≈√ќ–»я

ѕутник, все, что ты видишь, едва ли стоит того.

≈два ли стоит усили€ твоего и внимань€.
Ѕесцветные мотыльки незаметно обращаютс€ в дождь, потом в снег,
ѕотом в медленный пепел, который кружит на дне.
¬сегда?

—он разума порождает еще один сон.

—тоит ли расчисл€ть, сколько еще чудищ
’одит вокруг колодца, что обнесен
Ўип€щей изгородью и вырыт не в недра, а в недра неба?
¬ода
«аполн€ет дыр€вые ведра,
ƒанаиды уход€т во тьму - мокро си€ют их бедра.

—пи, разум. “ебе не угнатьс€ за нежным их жал€щим роем.

—пи, разум.  расавицы достаютс€ геро€м.

ѕутник, уже очевидно, что, войд€ в вожделенный сад,
¬се разом забудешь, не станешь гл€деть назад,
—то€ под дугами гуд€щих, вечно-цветущих веток,
ќдетых в дешевое кружево хмел€.
» когда развернут перед тобой этот постылый свиток,
Ѕелый, из ломкой, как первый лед, бумаги,
“ы напишешь Ђвиновенї, не свер€€ счетов,
» встанешь, ожида€ возмездь€, в луче
—ухой, желтой, пахнущей медом пыли.

Ќо поскольку теб€ не задержит никто (ничто),
ѕойдешь дальше, не зна€ дороги,
— ноющей болью в плече,
“ак и будешь идти, пока не заснешь,
ј проснешьс€ в вечно-цветущем саду -
Ћепестки будут тихо, как пепел, падать вокруг.
» ты снова заснешь, а проснувшись, напишешь Ђвиновенї
¬ конце т€желой, пахнущей жиром и пеплом книги.
ќблачко пара подниметс€ от бумаги
Ѕесцветной бабочкой, и - за ограду.
ѕойдешь и ты по следу, подобный зверю или какому-то гаду,
» придешь, наконец, к благоуханному, никогда не плодонос€щему саду.
 

 * * *

—орвалс€ с туч неспелый луч.
«ар€-зар€ походкой торопливой
ѕрогнула облачное белье.

Ћенивый зимний день червивый
Ќе даст сюжета. » не мучь
≈го. Ќе тереби ее.
ќна, зар€, уйдет, кача€сь.

(Ќабухнет сырость ноздревато,
«има ни в чем не виновата.)

«ари обиженна€ песн€
—кользит, не отлича€сь
Ќичем от песенки гугнивой,
ќт вьюжной песенки гугнивой.

(Ќабухнет сырость ноздревато,
«има ни в чем не виновата.)

«ар€-зар€ своей ленивой,
Ѕездумной, лживой, торопливой
ѕоходочкой всЄ прыг да топ -
Ћегла в светлеющий сугроб
» до весны уснула там -
÷ветет подснежник по п€там.
 

 ≈¬–ќѕ≈…— ќ≈ ”“–ќ

Ўоколадные женщины (длинные груди, крепкие ноги,
глаза животных, презрительно выпуклы губы),
ядовита€ зелень, солнце, плоды.
 раски - просты, мазки грубы,
ѕомнишь эти сады?
Ёто - давно, √оги и ћагЛген.
«а пальмами страшные спр€таны боги.
≈вропа устала. Ќа цыпочках, на берегу океана
∆дет быка.
¬ порту, р€дом с рыбачкой и проституткой,
ќбиженно смотрит на волны: Ѕык! шуткой
все было... ƒомой, обратно,
где жизнь была - и была легка,
и кожа нежна, как сметана,
домой...  «десь останутс€ камни,
ј дома, в раю,
ƒомашние боги будут есть с серебристых бумажек
Ўоколадную кровь твою.

»ли бык не приплыл, или ты не хотела обратно.
”ж и камни остыли, и солнце село за край
твоей стираной юбки. » п€тна ”же не смущают.
«акрой глаза, умирай, - Ўепчут старые боги.
 

’–ќЌ» ј

                                                                              Ёльке Ёрб

Ћангобарды, алеманы, готы
шли налегке, потому что нечего было им положить  в котомки,
Ќа юго-запад, хот€ вр€д ли они это знали.

ќт голода, насекомых в золотых кудр€х, голодной рвоты
ќни падали, их синим глазам открывались небесные дали.

—вирепые великаны и хрупкие женщины, шли они по болотам,
ƒо времени не требу€ крови, молчали их темные боги,
ѕотому что им, лангобардам, алеманам, готам,
Ќегде было и ставить жертвенные треноги.

—енека резал вены, ¬еспасиан зарабатывал на сортирах,
’ристиане пр€тались в тесных ходах кротовых,
ѕерсы слушали, что говорит «аратустра,
ƒа мало ли всего было; только самых голодных, сирых
» потому в большей степени ко всему готовых,
„ем остальные из окрестных народов,
»х, лангобардов, алеманов, готов,
ћало кто принимал в расчет. ƒа и брать-то с них нечего было.

¬сЄ, что они умели - это варить сероватое мыло,
—троить жалкие хижины и убивать.

”бивать на охоте, на поле сражень€, у капищ,
”бивать сытых римл€н, голодных болотных чудищ,
 аких-то сел€нок неизвестных племен, разных уродов,
Ќеверных жен, впрочем, это в заводе
Ѕыло не только у них, лангобардов, алеманов, готов.

Ѕыл чуден –ейн при тихой погоде,
Ћегионеры скучали, импери€ умирала,
«игфрид смотрел на «апад, ковыр€€ в носу,
» на удивленье тихо было в тот день в лесу.
 

***

 огда удлин€тс€ тени и крыль€ стрекоз
¬ыт€нутс€ вдоль реки замедленными огн€ми,
¬рем€ неслышно бубенчиками тр€хнет и коз
«агонит под крышу вечера... » с тен€ми
“иканье тихих часов неслышный ведет разговор.

»ли
 огда уже светает, и чай остыл, и водка
“ер€ет вкус в предутреннем растворе,
 акой-то неопр€тный сор
Ќеслышно оседает... ¬ разговоре
—трах перешептываетс€ с тиканьем тихих часов.

¬се, в чем проступает неслышное слово Ђпораї,
ѕрологом к несбывшемус€ представлению начинает теперь казатьс€,
 огда пьеса уже прочитана, и игра
ёбками шелестит, и не на кого огрызатьс€,

Ќо можно еще помедлить и выпить остывший чай,
» можно еще представить какого-нибудь китайца,
ќказавшегос€ по ту сторону великой стены,
ќказавшейс€ не каменной, а временнЛй кладки,
ћожно €сно увидеть, как его простодушные сны
ѕроскальзывают сквозь невидимые складки,
ѕодобные тиканью тихих часов.
 

* * *

„то ветер за окном бубнит?
„то пел сто лет назад?
 ак толстый лед  над озерцом,
“ак жизнь вокруг стоит.
“о девочка с испуганным лицом
ѕродышит маленькую лунку на окне,
“о пам€ть толста€ шевелитс€ в луне,
ѕриманку ищет ртом, одышливым, брюзгливым.

 ...кажда€ женщина, выход€ща€ из воды - ¬енера,
 ƒаже если она старуха или ребенок.
 ¬ каждом парке деревь€ сто€т, как сестры,
 даже если это дубы; ƒриады поют, спросонок
 забыва€ об осторожности, мен€€ регистры;
 –анним утром ход€т поздние боги, провер€€ свои реестры,
 ѕо дорожкам любого пыльного или пышного сквера.

 ћир отдан женщинам, как намекал один русский писатель.
 ќни хлопотливы, любопытны и небрезгливы.
 Ћюбопытны, хоть все кажетс€ смутно знакомым,
 ƒаже страх, даже высокое небо. “оропливы,
 ’оть знают, к чему спешат. —трекоза
 “олько делает вид, что удивленно таращит глаза.

 —ова, когда она летит по ночному лесу,
 «абывает, что знала, сид€ в дупле.
 » тогда лунный свет, отраженный в древесной смоле,
 ≈й кажетс€ золотом. ¬озвраща€сь в дупло,
 ќна забывает полет. ≈й сонно, тепло. ќни забывчивы.

...¬етер бубнит, ему все равно,
„то здесь зВ сто лет до него звучало
ѕоэтому его тело устранено,
ќн весь состоит из одного звучала.

„то ветер за окном поет?
 

* * *

” мен€ есть четыре подруги, четыре времени года.
»грать с другими то ли скучно мне, то ли страшно, а то ли стыдно.
»ногда € люблю больше всех зиму. ≈е почти что не видно
за свободными белыми плать€ми. »ногда € рада,
„то одна уходит, чтобы пришла друга€.
¬ сущности, больше всего мне нрав€тс€ их подарки:
ƒым над крышами, по колено в воде сто€щие арки,
¬ышивка ласточки шелкова€, дорога€...

Ќаискосок летит путаный почерк природы,
ѕущенна€ в никуда стрела звенит, баюка€ ли, угрожа€...
ћужайс€, сердце.., а дальше € не хочу помнить.
“олп€тс€ годы.
ѕрирода творит, по пам€ти умножа€.

—онные летние вечера, длинные тени.
ќсени холод€щее солнце, как вином обрызганные платаны.
„ерна€ гр€зь невской зимы. Ћед€ные ступени,
¬едущие в никуда.
¬есны набухшие вены.
¬от и все, что пам€ть хранит в обертке своей шершавой.

ƒа еще некоторые дома над Ќевой, над ¬лтавой.
 

 Ё Ћќ√ј

ƒеревь€ закрыли глаза.
» ветер скользит безучастно по сморщенным вИкам.
¬ морщинах скребутс€ жуки.
ѕтицы: кто криком, кто свистом, кто стуком, кто смехом
ƒают пон€ть, что они тоже где-то.
Ќо всем им (и еще много кому)
Ќе о чем говорить. –оща раздета,
¬ ее наготе ни бесстыдства нет, ни кокетства...
–ека обегает холмы, как плоха€ хоз€йка свои кладовые.
ѕан, кута€сь в плащ, уронил свою дудку,
» ветер не хочет свистеть песни свои даровые.
ѕан - старый, он машинально перебирает бородку,
¬ которой скребутс€ жуки.
≈го красные глазки слез€тс€, он их закрывает.
Ќи похоть, ни €рость его не тревожат, ни €рость, ни похоть.
’олодна€ речка ноги его омывает.
ќн бормочет какую-то то ли мольбу, то ли обиду.
”плывает счастлива€ роща, постепенно тер€ет его из виду.
 

* * *

¬рем€ - клубок, из которого тонкие пальцы
райских работниц ткали вечные сумерки ра€.
“ак мало пр€жи у них уходило, такой легкой была работа:
густое золото небесного кра€,
его отраженье в прудах,
шмели, свал€нные из той же нити
(ее хватало еще дл€ меда,
дл€ €блок, дл€ круглых глазок змеи, -
так просто было выткать в этих садах
живущую неподвижность, что пальцы тер€ли сноровку,
и однажды клубок, ускольза€ из рук, покатилс€,
покатилс€.
“ак перепутались нитки,
как будто бы ткач
израсходовал в ночь
весь райский запас
и в нас
этот клубок превратилс€).
 

* * *

—вет тускнеет. „ему мы об€заны этим?
возрасту, времени суток, времени года?
Ѕолит ключица. ќп€ть же - возраст, ревматизм это или погода?
“оже кака€ разница?
≈сли выйти из дома, окажешьс€ в большем доме,
ќкажетс€, что нежной затхлостью пахнут осенние кладовые,
» паутина болтаетс€ по углам,
» старые листь€ шуршат, желте€,
 ак билетики и афишки в комнате старой актрисы.
» пыльный луч делит комнату осени пополам.

Ќо мир всЄ равно взволнован, и как всегда нежно дрожат все поверхности мира,
ѕосто€нно мен€€ свои очертань€.
¬от, например, трепещет иней на острых листь€х осоки,
»ли вода, сама замерза€, баюкает лед€ное солнце.
ƒл€ кого разложены €ства этого пира?
 то выпьет прокисшее это вино узнавань€,
„тобы потом годами слушать прощальную песню,
ѕревраща€сь в пейзаж, тер€€ границу
ћежду собой и морем, воздухом, снегом;
», наконец, белой пылью лечь на свою страницу?
 

ќѕ≈–ј

Ѕедный, бедный “ристан. Ќа дремотных волнВх
раскачалась страсть, как бШр€.
«вонкое это питье электрическим бегом в зубах
осталось и внутрь проникло, костную м€коть бурµ.
—только прелестного в мире: Ћьвы и ƒраконы в лесах,
¬олшебный напиток познань€, Ќапиток бессмерть€, ƒевы-цветы,
јнгли€ в топких снегах, ¬олшебники в колпачках
и плащах. „то толку видеть всегда дорогие черты
¬о всем, что тленно.
“леет в камине тепло. јнглию всю замело.
ѕлохо рыцарем быть, если нВ сердце скверно,
Ќе заснешь, не снима€ доспехов - задав€т.
Ќе рухнешь в беспам€тстве пь€ном - всех разбудишь.
Ќе вытрешь слезу под забралом.
¬агнер покрыл равномерно
“вои дорогие черты. “емным лаком, »зольда,
’рупка€ дева, с чуть выт€нутым носом,
— тьмою длинных ресниц, узких глаз,
— сединой, что прошлась по косам,
¬ час,
 огда судьба отказалась
играть с тобой вместе...
ћоре на севере, как беспокойна€ дева,
’ранит в своей глубине страшных чудовищ,
„ьи щупальца обвивают арфиста, не слыша напева.
 

* * *

                                                                              ƒ.«.

 то даст мне воду, источник слез?
¬он лес стоит на кромке небес
» ссохшиес€ топырит сучь€.
¬сЄ, что в нем пело, улетело вон,
Ќе шелохнетс€ вуаль паучь€,
¬оздух застыл, вбирает звон.

 то даст мне трепет, источник грез?
¬он отшельник обходит отдаленный лес,
ќтшельник, позабывший, откуда он вз€лс€,
ƒл€ чего он ушел в эту дикую сушь...
Ќи души р€дом с ним, только тоща€ мышь,
Ќи росточка в лесу, только плющ вчера где-то вилс€.

 то даст мне отвагу, источник слов?
«десь дует в лесу изо всех стволов.
 то даст мне пам€ть, источник гор€?
Ётот лес спустилс€ с семи холмов,
¬от стоит, понурив свои семь голов -
” корней шумит отдаленное море.

 то даст этому лесу источник?
Ќе то он рухнет легко и сыпко,
» брЄвна оближет песчаное солнце.
ƒуша, серебриста€ в€ла€ рыбка,
¬ заоблачных недрах ленивый заочник,
¬от иссыхает твое отдаленное тельце.
 

Ѕј—Ќя

ѕрогрызши €блоко, - до середины,
ƒо горьких семечек, до жестких перепонок -
„ервь огл€нулс€, без воды затоплен
ѕахучей м€котью. » звЛнок
Ѕыл воздух и горек.
ќн выбралс€ наружу,
¬ игольчатую стужу
ќсенней мороси и гнили.
¬ небе звезды не мига€ стыли.

Ђќ €блоко, теб€ € помню
Ђ≈ще цветочком розоперстым...
Ђ» зав€зь нежную твою...
Ђћне все равно: € „ервь, € –аб,
Ђя Ѕог в соку твоем округлом.
Ђя не боюсь колючих трав.
ЂЅыть может, € вообще бессмертен...
Ђя гусеница, может быть!
ЂЌо ты - так сморщилось, раскисло.
Ђѕерегорел твой сладкий сок,
Ђ» в звездном небе ты повисло,
Ђ ак пошлой осени кусок.ї
 

***
                                                        ...im Winde
                                                       Klirren die Fahnen
                                                                      (Friedrich Hцlderlin)

ќднорукий шарманщик. Ќевидимый ветер приносит запах печеных каштанов. «има.
ќбезь€нка в м€той жакетке с плеча чужой обезь€нки
(бунин в лин€лой обложке. ёг. ≈вропа. Ѕерег недальний, сараево за поворотом).
Ќе пой при мне, бумажна€ пыль, песню детства.
’рома€ музЫчка. ¬етер невидный-неслышный
сметает фантики, бантики, билетики и окурки.
Ќо пыль оседает. Ѕумажна€ пыль. Ќикуда от нее не детьс€.
’одит-бродит германский народ, по преимуществу турки,
мимо шарманки и обезь€нки туда и обратно.
—транный труд у мен€: продува€ пыль, бормотать невн€тно
то, что сказано вн€тно было вчера.
¬етер уносит бумажки. Ќезнамо куда. ’рома€ музЫчка.
∆изнь оседает, как жирна€ пыль, т€жело.
ј незнамо куда тем временем столько всего намело.
Ѕерег дальний. ¬етер невидим.  авычка.
ƒребезжат на ветру флюгера.
 

ѕќ “” —“ќ–ќЌ” ћќ—“ј

≈сли даже сознанье и бродит по ту сторону мЛста,
”годив незаметно на третью грань листьев,
¬ сады солнечных бликов, лунных лужиц,
¬ сады √екаты или, наоборот, ѕерсефоны,
 уда (бедный “иресий!) приход€т живые со своей назойливой кровью,
≈сли даже сознанье, и там не найд€ себе места,
» возвращаетс€ (мало ли дверок между мирами?),
≈сли оно, уцепившись за хвост змеи, за пальцы совы,
и возвращаетс€, —крипнув невидимой дверью,
ќно лишь пугает подобьем ночного кошмара,
«астыва€ на веках неразличимой полоской.

≈сли даже уйти из дома, оставив книги
(»ли, жале€, отдать их в хорошие руки?),
«акрыть глаза, открыть, ничего не зна€,
¬се равно ничего не скажет зме€, засыпа€ на груде кожиц.
», конечно, сова на рассвете, выпада€ из €ви,
Ќичего не скажет, клюв отира€ от крови
ќ кожу груди.

 ≈е низкий полет между стволами пугает:
 –азвернув свои крыль€, выслежива€ змею,
 ќна тер€ет совиность свою.
 —идеть бы ей на плече ћинервы,
 »ли в дупле, старчески щур€сь на солнце,
 »ли в зоологической клетке на ветке,
 ¬сегда без движень€.
 Ћет€, она смотрит не удивленно,
 Ќе надменно, а испуганно и жестоко.
 Ёто ли разум, пусть угасающий постепенно,
 „тобы стать холодной золою лунной,
 –азбросанной по вселенной?)

 (ј что можно сказать о змее,
 ќ твари, обреченной ползать на брюхе?
 ”ползающа€ - неуловимость мысли?
 ¬ечно скольз€ща€ - мост от сознань€ к природе?
 ¬р€д ли можно гул€ть по нему туда и обратно,
≈сли даже природа узор, а не случайные п€тна.)

-

ћне снилс€ сад, наполненный чужими
цветами. —ад, наполненный чужими
плодами, пчелами, ежами
и зме€ми. Ќаполненный чужими.
», как это бывает на€ву,
ћне было не спросить, зачем € в нем живу.
 
 

* * *

                                        Ќа смерть ».Ќ.

“ам в глубине само по себе на цыпочках ходит кино.
Ѕелые корни шевел€тс€ в черной земле.
“ускло блест€т доспехи, кости, какие-то желез€ки и стЄкла,
„ь€-то жизнь, что здесь, наверху, уже стерта,
 ак монетка блеснула и в узкую щель провалилась, -
«аполн€ет собою экран.
ƒвижетс€ лента. «десь, наверху, туман.
”тром все парки обернуты в м€гкую морось.
Ўарка€, заполн€ет зал все, что не стерлось:
—начала мусорщики, бегуны и терьеры,
ѕотом серолицые женщины и мужчины,
ѕотом все возрасты, все цвета и размеры -
¬се покорны любви, все цветут, все молоды и незнакомы.
ƒвижетс€ лента.  аштан, как пожилой баритон,
—мотрит вверх подведенными белым глазами.
“ам, высоко, сквозь лин€лый картон
ѕроступает чаша весов с насто€щими небесами.
¬ ней ветер поет свою песню, выдува€ с нажимом
„ерез все пустоты. » не трудно: там всЄ пустоты.
“ам расставлены серолицым женщинам и мужчинам
—квозные длинные лестницы и черно-белые пулеметы.
 рутитс€ лента. ¬се полые трубочки мира
 рут€тс€ вместе - самоходные глухонемые бобины.
«десь, наверху, уже вечер. ¬ серых парках все так же сыро.
¬ желтом вечернем свете переминаютс€ женщины и мужчины.
¬ другой чаше без просыпу спит √еката...
ѕлатан, как тенор - стоит, опустил все ладони,
—мотрит вниз и в угол, как его учили когда-то.
 рутитс€ лента. ќбрываетс€. ¬ зрительном зале волненье.
ѕропал кусок. ћы не увидели, кто на троне.
—еанс начинаетс€, белые корни приход€т в движенье.

 
Ѕ” ¬џ  Ќ»√» “¬ќ≈…

буквы книги “воей щетинисты и непон€тны.
дождь перелистывает страницы.
какие-то п€тна
мешают всмотретьс€ в слова.
зимний запах корицы
летает над снегом бумаги
и болит голова.

чтобы что-то прочесть из нее, надо долго смотреть на картинки,
головоломки, вклейки,
переворашивать воздух, как ворох прогнившего плать€.
и всЄ равно
буквы книги “воей слетаютс€ в стайки
и улетают. страницы звен€т как льдинки. но

запах старой бумаги стоек,
а буквы книги “воей непон€тны, как будто сердиты,
корень учень€ горек,
плоды его €довиты.
черный дрозд прилетел, перевел, просвистел:
- когда радости лета наскучат тебе,
ты не полюбишь зимы...

когда распускаетс€ дуло невидимой тьмы,
буквы книги “воей начинают тускло светитьс€, как окна в полночных залах,
а чтобы не было страшно,
перелистываютс€ страницы.
и дождь идет, как всегда, сюда,
останавлива€сь у границы.

 
¬ќ«ƒ”’-ќƒ”¬јЌ≈÷

¬оздух - одуванец колючий и непрочный,
Ќо невидимые твари в нем свили столько гнезд,
„то он не разлетаетс€, а ими замороченный
“олько перемигиваетс€ с пузыриками звезд.

¬озможно, шеренги планет,
¬ыстроенные по-птичьи,
» пузырчатый свет
(ќтсветов лапки паучьи),
» гулкие €мы полночи,
» м€гкие сферы полудн€,
¬сЄ еще ничего не знача
(ƒаже размеров небесного студн€
не рассчитать),
“ак напугали молчаньем, прозрачной тенью молчань€, что пожелтел и сник,
¬ дудку разума оборотившись, когда-то бездумный, веселый, зеленый и острый тростник.

Ќи вулканы, в которых рычали драконы,
Ќи узкие змеи в песках,
Ќи толстые змии, ни остри€
Ѕелых сабель, что лишней музыкой остывают в ушах,
Ќи тела, что пыл€тс€ в вис€чих садах
—лавы и чести, фонтанчики крови стру€,
Ќи чумные повозки на пирах опустелых,
Ќи странные сказки больших городов пустотелых -

Ќо только молчанье небес,
“олько отсутствие эха:
“ак ребенка пугает дремучий лес,
ўекотка ночного смеха.

¬о все свои дудки надулс€ окоченевший тростник,
Ќо звук к нему не вернулс€, в белесое небо проник.
 

ѕ»—№ћќ    »ѕј–»—јћ

 ак вы там, мои кипарисы зимой?
—кользите террасами  ипра вниз, к морю в холодной пыли?
Ѕредете уступами  рыма наверх
ѕоступью дерев€нной, хромой?
 - ” мен€ зимой тоже бол€т колени - .
Ќаверх, где призрак бахчисарайского хана, навек
«аключен в елочный шарик, в хрусталик моего €зыка...
—тоите на склонах ѕрованса? в ознобе и лени,
Ќа склонах ѕрованса..? неужто и там тоска
«имы и лень зимы сильнее стакана,
¬ котором летний плещетс€ виноград?
¬се так же ли воздух наполнен шалфеем,
„абром, чабрецом, розмарином, тимь€ном?
” мен€ на севере нежный, шелковый, ставший ломким шалфей
» разномерные щеточки чабра, чабреца, розмарина, тимь€на
“ом€тс€ в ведерке в виде сухого букета,
» в виде приправы к нежному м€су том€тс€ в недрах буфета, -
Ќо воздух в комнатах ими совсем не согрет.
—огрет ли ваш воздух колючками пыльных полей?
«десь у мен€ не осталось ни ласточки, но зато
Ёлектрический ветер в экране трещит, как цикада.
¬аши цикады, наверное, сп€т в дуплах остывшего сада,
≈сли не выдуты, мертвые, в зеленую пропасть с плато?
 ипарисы! ваши зеленые шубки от изморози поседели.
¬ам снитс€, что скоро вернетс€ роскошь прежнего лета,
» мы вернемс€ туда, где мы с вами на год постарели,
- ј там всЄ чирикает, в новые шубки одето - .
 

„≈“џ–≈ ¬–≈ћ≈Ќ» Ќќ„»

1.
ћир накрыт веселой тенью,
–азмалеванной некстати:
ƒушно, хлопотно, бездушно
 раски жирные текут,
„тобы не было так страшно,
„тобы не было так скушно,
„тоб не видеть, как у смерти
—люнки тонкие текут.

2.
ќблако, смоченное луной,
Ћежит на небе дыр€вой тр€пкой.
Ќочь на своем €зыке говорит со мной
ќ пуст€ках мироздань€, больше зВн€та€ уборкой.
” нее много забот: расставить все на свои места,
что день бездумно сдвинул - ≈му ведь нет дела,
что там, где горела радуга, стоит пустота
в звездном плаще, „то в саду поредела
лунна€ тень куста.

«аснули птицы в колючих гнездах.
—п€т женщины в линючих постел€х,
Ќочь смотрит на них,
ѕочти завершила уборку:

ќмыла воздуха вспотевшие коленки,
«аштопала от бублика радуги дырку, сбила пенки,
(»х надо разбросать перед рассветом,
„тобы изобразить клочки тумана,
”тро не подумает об этом).
ќ пуст€ках мироздань€, что вспомнила, рассказала.

я свет гашу, ночь зажигает свет и с кошками ложитс€ спать на крышу.
¬ысохшее облако звенит и будит женщин, но € не слышу.

3.
«вери ед€т друг друга
¬ нежной роще ночной.
ѕахнет сыростью луга,
» затхлостью речной.
≈сли бы в мире были
“олько голод и страх,
ѕрекрасные волки выли
бы ¬ наших садах,
’итрые змеи летали
бы Ќа краю небес.
 ометы мели хвостами
бы Ќаш маленькой лес.
Ќе выход€ из ра€,
Ќи совести ни стыда
Ќе зна€, не умира€, -
 то были бы мы тогда?

4.
¬ Ћетнем саду сейчас
—умрачный день угас,
Ѕоги и нимфы дремлют
Ќе закрыва€ глаз.
 

 ”«Ќ≈„»  –ј«”ћЌџ…

ѕрожилки придорожных трав
Ќе учат, даром взор плен€€,
Ќо ты, кузнечик, тоже прав,
»х зелени не измен€€.

я слышу горький стрекот твой
ќ том, что в мире от начала
ƒобро и зло в один завой
—обой прароза заключала.

» если зло искоренит
 узнечик неба всемогущий,
“о и теб€ испепелит
ќгонь, с собой добро несущий.

» ты стрекочешь в умиленье.
ѕусть дней твоих тебе не счесть,
“ы лишь в последнее мгновенье
”видишь мир, какой он есть.